istrind (istrind) wrote,
istrind
istrind

Categories:

МН-17 был сбит случайно или намеренно..

Это был спланированный террористичеcкий акт. Его целью был именно малайзийский Боинг, выполнявший рейс МН17 из Амстердама в Куала-Лумпур. Принципиальных ошибок при осуществлении спецоперации, задуманной Кремлем, не было. Военное руководство донбасских сепаратистов, возглавляемое российскими гражданами и российскими военнослужащими, не было посвящено в стратегический замысел кремлевских властей, оно лишь приняло ЗРК на своей стороне украинско-российской границы, обеспечило его сопровождение до места стрельбы и его охранение. Экипаж ЗРК БУКа выполнил все полученные им от своего непосредственного командования приказы, включая приказ на уничтожение в воздухе пассажирского лайнера МН17, после чего по приказу вместе с установкой вернулся на территорию России.

1. Провал спецоперации «Большая Новороссия» (из 8 украинских областей) стал очевиден в 20-х числах апреля 2014 г. После разговора С.Шойгу с Ч.Хейгелом 28 апреля Кремлем было принято решение о переходе к обороне уже захваченного плацдарма в Восточной Украине.
2. Для спасения Лугандонии В.Путин пытался договориться с только что избранным президентом Украины П.Порошенко, что ему частично удалось, когда 20 июня Порошенко отдал приказ о прекращении огня и остановке наступления украинских войск вначале на 7 дней, а затем – еще на 3 дня.
3. Исходя из собственного представления о зависимости «киевской хунты» от ее «западных покровителей» В.Путин начал спецоперацию «Принуждение к миру дипломатией», пытаясь уговорить западных лидеров оказать давление на украинские власти с целью прекращения ими военных действий против российских войск и пророссийских боевиков и обеспечить «мирное урегулирование конфликта на Юго-Востоке Украины». За два месяца с 30 апреля по 30 июня 2014 г. Путин предпринял не менее 50 попыток (примерно 0,8 попытки в среднем в сутки) убедить Б.Обаму, А.Меркель, Ф.Олланда, Д.Камерона, а также П.Порошенко остановить военные действия на востоке Украины. 24 июня Путин пошел даже на отзыв полученного им 1 марта разрешения Совета Федерации на использование российских войск в Украине.
4. Военно-политическая ситуация радикально изменилась 30 июня, когда после десятидневной паузы возобновилось наступление ВСУ и добровольческих батальонов, в этот раз намного серьезнее подготовленное, чем их атаки в апреле и мае. В короткие сроки были освобождены Славянск, Краматорск, Константиновка, Амвросиевка, другие населенные пункты, во время одного из рейдов танки ВСУ достигли железнодорожного вокзала Донецка, украинские войска начали глубокий охват сепаратистского анклава, постепенно продвигаясь вдоль государственной границы с севера на юг и с запада на восток. К середине июля 2014 г. было освобождено около половины территории, захваченной российскими войсками и пророссийскими сепаратистами. При сохранении такого темпа наступления сепаратистский анклав перестал бы существовать в течение нескольких недель.
5. В этих условиях у кремлевских руководителей осталось, похоже, лишь два инструмента, способных, с их точки зрения, остановить движение ВСУ, – террор в сочетании с дипломатией или же прямое вторжение регулярных войск. Использование второго инструмента представлялось в тот момент не слишком желательным, поскольку из-за невозможности скрыть массовое вторжение регулярных войск неприемлемо возрастал бы риск объявления таких действий агрессией со всеми вытекающими отсюда последствиями. Оставался метод скрытного террора – как средство управления западными лидерами.
6. Согласно кремлевским представлениям о подчиненности киевских властей их западным союзникам следовало так шокировать последних терактом, чтобы те смогли заставить Украину прекратить вести военные действия. Такого можно было добиться, очевидно, только в том случае, если в результате теракта погибло бы заметное число граждан европейских стран. Ни территория самой Западной Европы, ни морские просторы, ни большая часть воздушного пространства для осуществления такого теракта (при условии сохранения тайны авторства) непригодны. Оставалось лишь воздушное пространство над районом ведения боевых действий.
7. Необходимо было выбрать рейс, гибель которого могла бы привести к желаемому эффекту и в то же время минимизировать возможные нежелательные последствия. На роль жертвы не годились самолеты авиакомпаний, принадлежащие крупнейшим и наиболее влиятельным государствам – постоянным членам Совбеза ООН и/или Группы 7 (США, Британии, Франции, Германии, Японии, Италии, Канады, Китая), Индии, а также рейсы, вылетавшие из аэропортов, находившихся в этих странах, или же летевшие туда. Также не годились самолеты авиакомпаний из небольших и/или периферийных европейских стран. Идеальным кандидатом представлялся самолет, вылетавший из Амстердама – как одного из «наиболее европейских» городов, расположенного между двумя главными спонсорами «нормандского процесса» (Германии и Франции), столицы т.н. «Гейропы», мэр которого к тому же незадолго до этого успел оскорбить высокого российского гостя, отказав в проведении торжественного приема по случаю его официального визита в Королевство. Кроме того, самолет принадлежал авиакомпании из Малайзии, политический потенциал, ресурсы следствия и дипломатии которой относительно ограничены.
8. Время теракта необходимо было выбрать таким образом, чтобы главный подозреваемый не находился бы на территории России. В июле 2014 г. идеальное прикрытие для этого представляла шестидневная поездка Путина по странам Латинской Америки, завершавшаяся 17 июля. Время осуществления спецоперации не должно было быть смещено к началу этой поездки, поскольку в случае какого-либо непредвиденного развития событий можно было оказаться слишком далеко от безопасной базы принятия решений (России) и/или же пришлось бы срывать программу официального визита (как в августе 2008 г., срочно возвращаясь из Пекина во Владикавказ). Поэтому идеальный срок для осуществления теракта – это время обратного полета в Москву, желательно незадолго до приземления. (Как известно, БУК был переправлен через границу утром 17 июля и совершил запуск ракеты за час до приземления самолета Путина в Москве).
9. По завершении пресс-конференции в Бразилиа ночью 17 июля 2014 г. В.Путин попытался публично обосновать свое «алиби» в предстоящем теракте. Журналист LifeNews А.Юнашев, позже «прославившийся» рычанием на украинских коллег, задал не слишком содержательный вопрос об ответственности за катастрофу в московском метро. Даже не дожидаясь завершения вопроса, слегка улыбаясь и изображая руками стрельбу из двух стволов, Путин немедленно изложил, судя по всему, заранее подготовленный, но не имевший отношения к заданному ему вопросу «классический, хороший пример из уголовного права» – «Трагедия на охоте», позволяющий убийце, с его точки зрения, избежать ответственности за убийство (на этот поразительный факт первым обратил внимание А.Бондарев):
Путин: «Ответственность всегда персонифицированная. Вот есть классический, хороший пример из уголовного права. Это называется «Трагедия на охоте», когда два стрелка стреляют [пальцами двух рук изображает двух стреляющих] в кусты, полагая, что там дичь, и случайно убивают человека. [нервно потирает лоб] Поскольку экспертиза не могла установить, кто именно, оба освобождаются от ответственности»

10. По прилете в Москву вечером 17 июля Путин совершил
три беспрецедентных действия – и в его собственной истории, и в истории России, и в истории других государств:
- о катастрофе самолета иностранной авиакомпании, случившейся на территории иностранного государства, на борту которого не было российских граждан, В.Путин почему-то сообщил Б.Обаме:Российский лидер проинформировал Президента США о поступившем непосредственно перед телефонным разговором сообщении авиадиспетчерских служб о крушении малайзийского самолета над территорией Украины;
- Путин попросил собравшееся ночью руководство экономического блока правительства почтить минутой молчания память людей, погибших в катастрофе над территорией иностранного государства самолета иностранной компании, на борту которого не было российских граждан: Мы от имени российского руководства и Правительства Российской Федерации выражаем соболезнования всем семьям погибших, правительствам тех стран, граждане которых оказались в этом самолёте. Я прошу вас почтить их память. (Минута молчания.) Для сравнения: Путин не стал просить руководство правительства почтить минутой молчания память погибших накануне 23 российских граждан в московском метро, на российской территории;
- Путин дал поручения военным (не гражданским!) ведомствам по оказанию помощи (кому? очевидно, что не украинцам): Я уже дал соответствующие поручения военным ведомствам, чтобы они оказали всю необходимую помощь в расследовании этого преступления.
11. Важнейшим условием успеха спецоперации является доведение ее точного месседжа до адресата – что именно надо делать тем, кому она адресована? С вечера 17 июля в течение последующих 10 дней Путин провел не менее 24 разговоров с лидерами западных стран (2,4 беседы в день), в которых (а также в публичном пространстве) отстаивал по сути лишь один ключевой тезис: «...этой трагедии не произошло бы, если бы на этой земле был мир, во всяком случае, не были бы возобновлены боевые действия на юго-востоке Украины». Следовательно, надо немедленно остановить наступление украинских войск.
12. Степень личного участия В.Путина в обсуждениях с зарубежными лидерами катастрофы МН-17 не имеет аналогов. Переговоры на высшем уровне шли ежедневно, практически в режиме нон-стоп. Было проведено шесть разговоров с премьером Нидерландов М.Рютте, по три – с А.Меркель и премьером Австралии Т.Эбботом. 22 июля случилась совершенно небывалая ситуация, когда российский президент разговаривал с М.Рютте дважды в течение одного дня. Такая невероятная активность беспрецедентна для руководителя государства, внешне никоим образом непричастного к катастрофе (авиакомпания не являлась российской; погибших российских граждан не было; самолет не вылетал из российского аэропорта и не направлялся в российский аэропорт; катастрофа произошла не над территорией России).
13. На этом фоне совершенно фрейдистским оказался официальный комментарий пресс-службы Кремля о телефонном разговоре В.Путина с тем же М.Рютте 23 июля 2014 г.: «В этой связи была акцентирована важность учёта мнений всех заинтересованных сторон». Иными словами, благодаря активности Путина Россия была названа заинтересованной стороной, хотя по официальным утверждениям никакого отношения ни к катастрофе «Боинга», ни к вооруженному конфликту на Востоке Украины она не имела. Показательно, что ни к одной другой авиакатастрофе, произошедшей в 2014 г., Путин не проявил какого-либо интереса. По отношению к ним Кремль остался незаинтересованной стороной.
14. Несмотря на все предпринятые усилия – на тщательную подготовку, плотное информационное сопровождение, активное личное участие – спецоперация «Принуждение к миру террором и дипломатией» не привела к желанному результату. Западные лидеры не смогли (или не захотели) оказать необходимого давления на украинские власти, и украинские войска продолжили действия по освобождению востока страны. Убедившись в том, что спецоперация «Принуждение к миру террором и дипломатией» не привела к остановке военных действий в Донбассе, Кремль 26 июля 2014 г. начал подготовку спецоперации «Принуждение к миру военной силой» – прямого (хотя и скрытного) вторжения регулярных российских войск в Восточную Украину, осуществленного месяц спустя, 24 августа. Мотивация решения о проведении этой спецоперации принципиально не отличалась от мотивации решения о проведении предшествовавшей.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments